объявить чужой картинке войну
Feb. 2nd, 2015 07:25 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
anatoligreenОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
wrlfck в объявить чужой картинке войну
wrlfck в объявить чужой картинке войнуНекогда советский режим вырастил своего могильщика — полуобразованных советских горожан, отрезанных от гуманитарной составляющей Знания. Беда режима состояла в том, что отрезать совершенно не представлялось возможным: первоклассная школа и наука, исправно поставляющая к подножию Мавзолея танки-самолёты и пушки-пулемёты, не может произрастать в вакууме. Поэтому даже от того невнятного шёпота — а, может, именно потому, что был он так невнятен — недоученные и полуголодные дети «почтовых ящиков» и захотели иного и странного. На тот же путь оказались обречены и современные «автократы»: в отчаянных попытках дотянуться до западного уровня технологий, необходимых им для защиты своих клептоманских «завоеваний», они вынуждены постоянно приподнимать железные занавеси.
Но первыми иного и странного захотели даже не дети физиков и химиков, а дети вертухаев, поставленных охранять бесчисленные шарашки. Их отчаянная любовь-зависть-ненависть к «вершкам» Первого мира — прежде всего, комфорту и размеренности бытия — заставила их пойти на предательство своих паханов. Сопя и толкаясь, они поволокли награбленное из дома — туда, где, как им казалось, никто не сможет на спёртое посягнуть, ведь собственность священна. А когда паханы спохватились, оказалось уже поздно. Убедить поствертухаев в том, что дома лучше, что у советских собственная гордость, не получилось. Картинка родимой сторонушки по-прежнему напоминала скорее позднего Салтыкова-Щедрина, чем раннего Ефремова, и поствертухаи решительно голосовали ногами. Поэтому паханам ничего не оставалось, как объявить чужой картинке войну.
Только последний идиот способен поверить, что Путин хоть сколько-нибудь озабочен судьбами русских, так или иначе оказавшихся на территориях стран, образовавшихся на пространствах недораспавшейся советской параимперии.
Эти люди интересуют Кремль лишь настолько, насколько они способны выполнять роль «пятой колонны», раздражителя, фактора дестабилизации, сложившейся — или складывающейся — чужой государственности.
Там, где местные клептократы и диктаторы достаточно сильны — например, в Средней Азии — всех русских и «русскоязычных» с лёгкостью необыкновенной продали за что угодно — хоть за газ, хоть за подобие военных баз. Русские интересны Кремлю лишь в одном-единственном качестве — как имперский субстрат, эдакий опаринский бульон, где зреют «гроздья гнева» и живёт надежда слиться в единую лужу с «соотечественниками». Правильный русский должен не только терпеть, но яростно подмахивать произволу властей, учиняемому «ради его же блага», ведь власть тождественна величию, стабильности и вообще всему хорошему, что у русского есть, а чего у русского нет — например, справедливого независимого суда, — того ему и не надо.
В Кремле лучше знают, что русскому хорошо, а что ему смерть. Русский — по определению раб Кремля, а если русский рабом быть не желает, значит, он не русский, а жид, студент или поляк. Эта нехитрая парадигма последовательно вбивалась в головы много лет, и очередной всплеск лихорадочной активности пришёлся именно на конец первого — начало второго десятилетия XXI века.
Следует разобраться, с чем именно это непосредственно связано...
Далее...
Но первыми иного и странного захотели даже не дети физиков и химиков, а дети вертухаев, поставленных охранять бесчисленные шарашки. Их отчаянная любовь-зависть-ненависть к «вершкам» Первого мира — прежде всего, комфорту и размеренности бытия — заставила их пойти на предательство своих паханов. Сопя и толкаясь, они поволокли награбленное из дома — туда, где, как им казалось, никто не сможет на спёртое посягнуть, ведь собственность священна. А когда паханы спохватились, оказалось уже поздно. Убедить поствертухаев в том, что дома лучше, что у советских собственная гордость, не получилось. Картинка родимой сторонушки по-прежнему напоминала скорее позднего Салтыкова-Щедрина, чем раннего Ефремова, и поствертухаи решительно голосовали ногами. Поэтому паханам ничего не оставалось, как объявить чужой картинке войну.
Только последний идиот способен поверить, что Путин хоть сколько-нибудь озабочен судьбами русских, так или иначе оказавшихся на территориях стран, образовавшихся на пространствах недораспавшейся советской параимперии.
Эти люди интересуют Кремль лишь настолько, насколько они способны выполнять роль «пятой колонны», раздражителя, фактора дестабилизации, сложившейся — или складывающейся — чужой государственности.
Там, где местные клептократы и диктаторы достаточно сильны — например, в Средней Азии — всех русских и «русскоязычных» с лёгкостью необыкновенной продали за что угодно — хоть за газ, хоть за подобие военных баз. Русские интересны Кремлю лишь в одном-единственном качестве — как имперский субстрат, эдакий опаринский бульон, где зреют «гроздья гнева» и живёт надежда слиться в единую лужу с «соотечественниками». Правильный русский должен не только терпеть, но яростно подмахивать произволу властей, учиняемому «ради его же блага», ведь власть тождественна величию, стабильности и вообще всему хорошему, что у русского есть, а чего у русского нет — например, справедливого независимого суда, — того ему и не надо.
В Кремле лучше знают, что русскому хорошо, а что ему смерть. Русский — по определению раб Кремля, а если русский рабом быть не желает, значит, он не русский, а жид, студент или поляк. Эта нехитрая парадигма последовательно вбивалась в головы много лет, и очередной всплеск лихорадочной активности пришёлся именно на конец первого — начало второго десятилетия XXI века.
Следует разобраться, с чем именно это непосредственно связано...
Далее...